Сериал «Истинные цвета» так вот предстает передо мной как сага о том, как коридоры власти в Вашингтоне умеют гнуть судьбу в бараний рог, и при этом каждый шаг звучит будто гимн.
Итак, вот фильм про двух друзей, студентов юридического факультета ...
Сериал «Истинные цвета» так вот предстает передо мной как сага о том, как коридоры власти в Вашингтоне умеют гнуть судьбу в бараний рог, и при этом каждый шаг звучит будто гимн.
Итак, вот фильм про двух друзей, студентов юридического факультета университета, которые наперегонки тянутся к карьерным высотам, уверяя себя, что правота в их руках, ну и в бумагах тоже.
Так, Питер, сын простой семьи, добивается положения конгрессмена, но делает это не мечом, а коварством, как в старинной поэме о тьме за светлым знаменем.
Вот и выходит, что он предает всех, кто ему доверял, включая друга-идеалиста Тима, и тут сердце как будто стучит в такт чужой вине. <br>
Ну и Тим, конечно же, голубых кровей, из рода, что держит спины ровно, а взгляд держит высоту, так вот ему кажется будто честь не согнешь никакой интригой.
Итак, в этом фильме смотришь, как внешняя добродетель спорит с внутренней бурей, и в каждом решении слышен шепот времени.
Питер же, вроде бы поднимаясь по ступеням карьеры, все глубже вязнет в долгах перед совестью, и так вот его обещания тают как дым в холодном утре.
Вот, собственно, дружба у них превращается в рычаг, потому что Тим верит, будто не обманут никогда, ну а ложь только ходит рядом, притворяясь правдой.
Так вот, разве только чтобы отомстить за предательство, Тим выбирает путь ответа, и это уже не просто месть, а суровая древняя развязка, где ставки высоки.
И все детали смысла, как на судебном процессе, сходятся в один узел: предательство тянет за собой расплату, а идеализм пытается стать мечом.
Ну и вот, когда фильм разворачивается, я вижу, как Америка коридоров превращает людей в персонажей легенды, где падение одного зовет возмездие другого.
Так вот геройская интонация у этого рассказа звучит возвышенно и тяжело одновременно, словно былина, где честь проверить можно только болью.
И хотя я пытаюсь удержать спокойствие, мне все равно кажется, что истинные цвета здесь проявляются не на флагах, а в цене, которую платят за выбор.
Так вот, Питер идет к власти, а Тим идет к справедливости своей мерой, и их пути сцепляются, как судьбы в древнем эпосе.
Ну и финал оставляет во мне вкус горечи и ясности: дружба, вера и власть не уживаются без расплаты, и так вот это сказано очень прямо, но обжигающе.
И я выхожу из истории с мыслью, что каждая победа в коридорах власти, ну или на юридическом поприще, требует ответа, и ответ бывает страшен, даже если молчать.
